Власть современной России через призму символов постмодерна.


«Друг друга отражают зеркала,

Взаимно искажая отраженье…»

В. Иванов.

Между модерном и этапом X лежит период постмодерна. Этот термин используется как самое широкое понятие для описания качественно нового этапа общественного развития, который следует за модерном, исчерпавшим, по мнению теоретиков постмодерна, свой исторической потенциал, т. е. эта своеобразная система ценностей постиндустриального или информационного общества. Для постмодерна характерна критика рационализма, системности, субъекта, сциентизма, прогресса, индустриализма. Характеристики постмодерна обычно выстраиваются на основе противопоставления основным характеристикам модерна. Впрочем, на Западе до сих пор спорят о точном определении этог понятия. Считается, что постмодерн отличает множество черт, которые могут быть разделены на четыре группы – социальные, культурные, экономические и политические. В России этот этап совпал с сильнейшим социально-политическим переломом – распадом СССР, вместе с которым канула в лету и некая сверхидея существования. Появившаяся новая страна должна была заново учиться многому. Приходилось восстанавливать политические, экономические и социальные институты, определять векторы развития страны, что, безусловно, отражалось на изменении структуры ценностей общества. Все эти многомерные процессы обуславливались глубокой степенью социально- экономической и политической неопределённостью 90-х годов приведшую к современной политической реальности.

Принято выделять несколько символов характеризующих период постмодерна. Практически все эти символы есть в знаменитой книге У. Эко «Имя Розы». Из основных, выделяемых групп символов остановимся на четырёх: Роза, Лабиринт, Зеркала, стоящие друг напротив друга, Клоун идущий по канату. Эти символы достаточно полно отражают те метаморфозы, которые произошли с в 90-х годах и привели к установлению современного режима в России. Абстрагируясь от его характера, попытаемся дать ему оценку через каждый символ постмодерна.

1. Символ Роза. Роза это царственный цветок, «бездонный источник лирики», символ любви. Не что в переходах лабиринта, не пересекается, из постмодернистского лабиринта нет выхода. В постмодернизме этот яркий цветок превращается в символ неопределённости, нельзя определить цвет, запах, всё текуче, нет устойчивости. В переносе на политическую жизнь России этот символ олицетворяет отсутствие ярких политических лидеров (и во власти и в оппозиции), власть сера, усреднена – «без запаха, без цвета». Чем незаметнее, тем успешнее. Это проявляется во внешности, в языке и принимаемых решениях. В эпоху постмодерна, как справедливо отметил один из его теоретиков Бауман, к умершему богу присоединилось государство, отказавшееся задавать этические стандарты. «Авторитеты возникают ниоткуда, чтобы, улучив момент доверия, незаметно исчезнуть в никуда - спросить не с кого».

С самого начала своего существования (2000 г.) было достаточно трудно однозначно определить идеологию нового режима, поскольку властью использовались различные лозунги и правые, и левые, говорилось как о социальном государстве, так и о возрождении империи с лучшими чертами СССР. Уже позже, установился достаточно странный строй, где используются либеральные приёмы в экономике, авторитарные методы во внутренней политике и имперские амбиции во внешней. Президент говорит, то, что хотят слышать, при чём зачастую абсолютно противоположные вещи: для одних он либерал, для других консерватор, для третьих коммунист. Всё это характерно практически для всех представителей властной элиты страны. Во внешней политике, Россия позиционирует себя как друг Запада, но одновременно и друг Востока, друг США, а так же Ирана и Китая. Причём во внутренней политике открыто пропагандируется антиамериканизм и антизападничество. Современный режим постулирует борьбу с олигархией, но в месте с тем многих олигархов поддерживает, называя их честными бизнесменами, говорит о борьбе с терроризмом, но одновременно поддерживает клан Кадырова в Чечне. Подобных примеров можно привести много, и все они подтверждают неопределённость нынешнего режима. Эти тенденции появились не сразу, а шли по нарастающей с 2000-2006 г. Чем меньше было общественного резонанса, тем больше подобное становилось нормой.

2. Лабиринт. Это символ запутанности, хаотичности, неясности выхода. В переносе на политическую жизнь современной России лабиринт символизирует бюрократический аппарат и его неэффективную деятельность. Вспоминается притча Борхеса «Два царя, два лабиринта». У каждого царя свой лабиринт, у одного из бронзы с множеством стен и переходов, у другого лабиринт пустыня … Можно добавить, что у третьего царя лабиринт – это собственный бюрократический аппарат, в котором запутывается все его подчинённые, и, в конце концов, он сам. В бюрократической организации всякое действие направлено не на объект, не на цель, а на следование правилам и подчинено процедурной рациональности, средства должны выбираться соответственно целям, а серьёзнейшая ошибка – неэффективное использование ресурсов. Одной из главных задач, поставленных в 2000 году новым руководством страны, было построение т.н. вертикали власти – мощной бюрократической системы, задачей которой стало бы облегчение управлением гигантского государства. Провозглашались такие меры, как дебюрократизации (сокращение числа чиновников и одновременное повышения эффективности функционирования государственного аппарата) и деконцентрации (перераспределение полномочий ветвей власти, для повышения эффективности работы), для чего был проведён целый ряд реформ по построению эффективной, с точки зрения власти, системы, (такие как реформа Совета Федерации, появления федеральных округов и институтов полпредства, введение агентств и т.д.). Но на практике это оказалось не такой простой задачей и первоначальная постулируемая цель на деле оказалась не выполненной.

Все приведённые выше реформы не просто не привели к постулируемому результату, но и напротив, запутали политическую систему страны с точки зрения эффективности и понятности. Более того, некоторые структуры, как оказалось, и вовсе носят декоративный характер, поскольку либо дублируют уже существующие, либо их функции вообще не понятны. Не завершив одни начинания, власть переходит в другую ветвь лабиринта – от увеличения ВВП к национальным проектам, от искусственного создания гражданского общества к не менее искусственному партстроительству. Всё это происходит на фоне молчания власти, которая, создаётся впечатление, не понимает, что нужно в качестве конечно результата. Вместе с ощущением апатии и тревоги, происходит разрыв и без того низкого уровня взаимодействия с властью которым характеризуется современный период, следствием чего является рост недоверия к формальным политическим институтам, увеличение числа конфликтов во всех сферах жизни общества. А это явление характерно для постмодернизма: с одной стороны приближение бюрократии к пределам своей эффективности, с другой приближение к массовому их неприятию.

3. Зеркала, стоящие друг напротив друга. Рассматриваются как символ плюрализации взаимных отражений, что приводит к тому, что теряется референт, отражающийся в зеркале. Мы живём в условиях, когда всё симулирует всё и уже непонятно, где мир истинный, а где отражённый. Одной из черт политической власти постмодерна является почти полное слияние с масс–медиа или «четвертой властью» (иными словами власть сливается с властью). Вполне понятно, почему одним из первых шагов нового режима, был тотальный контроль над СМИ (особенно телевиденьем) как главным проводником новой идеологии. Телевидение важнейший атрибут постмодерна, поскольку играет в нём ключевую роль. Нам достаточно включить телевизор, чтобы увидеть в зеркале экрана растворяющуюся реальность и одновременно рождающуюся новую, представляющую собой мозаичное сплетение различных текстов, образов, эмоций, призвание которой – не отражать, а только показывать, и в которой каждый находит для себя что-то привлекательное, мы видим «сейчас мы видим сквозь зеркало, неотчётливо…» Каналы телевидения открыто моделируют реальность, представляя в выгодном свете, то, что нужно власти, причем как в лучших традициях Оруэлла действительность подменяется вымыслом и наоборот. Это привело к появлению, теле-страны и теле-правительства, и населению уже очень тяжело сказать, где правда, а где вымысел, ведь вымысел легко может оказаться правдой и наоборот.

Именно это имел ввиду Бодрийяр говоря о том, что СМИ сами творят образы и симулякры, легко становящиеся реальностью. Позднее он назвал её гиперреальностью, которая зачастую оказывается более реальной, чем сама реальность . Поскольку такой «реальностью» намного легче управлять, понятно стремление режима ограничить любые другие источники информации. Подобная система несёт в себе две серьёзные проблемы: во-первых, это опасность для населения страны, поскольку, утратив ощущение реальности они будут легко управляемы. Во-вторых, эта система несёт опасность для власти, поскольку, выстроив подобную структуру она сама перестает понимать, где действительность. Как следствие этого, снижается эффективность управления в стране, что может привести к серьёзному кризису, как в экономической, так и в социально-политической жизни. И, как и с зеркалом, мы не можем вести диалог со своим отражением, т. е. с властью, последняя просто не замечает референта. Власть и общество живут как бы в разной реальности и для общества есть своя власть, а для власти своё общество. Как следствие власть превращается в замкнутую систему с практически нулевым коэфицентом обновления.

4. Символ клоуна идущего по канату. Этот символ можно выразить следующим тезисом: Для того чтобы в современном мире быть устойчивым, надо быть неустойчивым. Самосохранение политической системы одна из главных задач любой власти и в условиях моделирования реальности этого намного легче добится. Политический строй современной России, несмотря на заверения власти, является крайне нестабильным по многим аспектам (экономическим, социально-политическим, религиозным и тд). Но как не парадоксально, современная власть сама стремится быть нестабильной, через показ негативных социально-политических фантомов. Это зависит не столько от самой системы, сколько от выстроенной ею реальности, в которой гигантская угроза исходит от оппозиции, которая ненавидит Россию, международного терроризма, запада и тд. То есть цель данной нестабильности показать единственно возможный сценарий развития системы после 2008 года, т. е. сохранение существующего порядка вещей. И гарант стабильности в этих условиях это личность президента, сдерживающего все эти негативные процессы. Как следствие в современном политическом режиме кажущееся равновесие на деле оказывается системной нестабильностью инспирированной самой системой.

Неуверенность в завтрашнем дне, политическая неустойчивость рождает мотивационную потребность в предсказуемости. Поэтому в современной России отчётливо проявляется т. н. «авторитарный рефлекс» , в двух формах: 1. В форме отрицания всего нового, всего позитивного, отстаивание непогрешимости старых, привычных моделей или собственных позиций, 2. В форме раболепного преклонения перед лидером, в надежде, на безопасность, сохранение власти и доходов. Но одновременно в обществе проявляются такие ценности постмодерна, как процесс падения уважения к власти, к бюрократическому аппарату и усиление активности индивидов, стремление к самовыражению. Это та тенденция, которая будет подтачивать авторитарный рефлекс и может привести к демократизации политических процессов. Это, так или иначе, осложнит жизнь политической элите.

Другое значение клоуна на канате это ирония к себе и к жизни, как действенный способ вырваться из оков постмодернистской системы тотальной симуляции. Нельзя быть серьёзным, иначе не удержишься на канате. Иронию следует понимать как сугубо личную, индивидуальную практику – это то, что Фуко назвал «техникой себя», «заботой о себе» . Только вооружившись иронией, можно жить в пространстве симуляции и не обратиться при этом в симулякр. Ирония к себе и к жизни это своеобразная защита от, той «реальности», которая нас окружает.

Балаян Александр. Политолог Центра политического анализа и прогнозирования «Центурион»

Статья опубликована в еженедельнике "Дело" в номере за 9 октября http://www.idelo.ru/436/17.html

Список литературы:

1) Бауман З. Жизнь во фрагментах: Эссе о постмодернистской морали. М - 1995 с 5.

2) Борхес. Оправдание вечностью. М – 1994. С. 418.

3) Бодрийяр Ж. Система вещей. М - 1995. С. 135 – 163.

4) Р. Инглхарт. Постмодерн: Меняющиеся ценности и изменяющиеся общества. М – 1999 с. 25.

5) Фуко М. Воля к знанию. М - 1996. С. 193.